В том, что Китай планомерно готовится к полноценной войне за глобальное лидерство уже давно ни у кого не вызывает сомнений. На протяжении последних лет, Пекин старательно перевооружает Народно-освободительную армию Китая (НОАК), оснащая её самыми современными вооружениями, причём в невероятных количествах. Но, как выясняется в последнее время, обновлению и модернизации подверглись не только системы вооружений НОАК, и элементы стратегии и тактики.
Китай стремительно перестраивает саму концепцию ведения войны, отдавая предпочтение сетецентрической схеме, позволяющей ускорить принятие решений на уровне кампаний. Главная цель такой трансформации — сократить время между получением приказа, обнаружением цели и нанесением удара. Реализовать задуманное предполагается на основе боевых систем искусственного интеллекта. Отработка новых принципов ведения войны начнётся с китайских ВВС.
Вместо усовершенствования отдельного самолёта или оружия, система будет направлена на улучшение планирования и синхронизации целых воздушных кампаний. Это, по мнению китайских стратегов, укрепит способность ВВС координировать сложные многоплановые операции против большого количества целей.
Изменение концепции отражает более широкий переход Китая к сетевой, интеллектуальной войне, где преимущество на поле боя все больше зависит от надёжной системы командования и управления, быстроты обработки данных и способности интегрировать датчики, самолёты, БПЛА и другие вооружение в единую оперативную структуру.
2 августа 2026 года китайский государственный телеканал CCTV News представил интеллектуальную систему планирования ударов, разработанную для ВВС НОАК. Тогда же было сообщено, что система предназначена для поддержки крупномасштабных воздушных операций с участием сотен потенциальных целей, десятков формирований и более 100 тактических подразделений в рамках скоординированного планирования.
Смена концепции свидетельствует о том, что ИИ выходит за рамки отдельных платформ и переходит к поддержке принятия решений на уровне кампании, где скорость, интеграция данных и распределение сил становятся центральными элементами современных воздушных операций. Впрочем, даже в этом случае, ответственность за оперативные решения остается за командирами-людьми.
Управлять войсками будет ИИ
Разработанная группой под руководством старшего полковника ВВС НОАК Дэн Цзяньпина, интеллектуальная система планирования ударов призвана справиться с растущей сложностью крупномасштабных и многодоменных операций. Традиционные методы планирования уже не позволяют достаточно быстро рассчитывать оперативные требования. Командирам приходилось оценивать сотни целей, координировать десятки формирований, распределять огневую мощь и организовывать последовательные волны атак.
Созданная система прошла заключительные испытания с боевой стрельбой, в ходе которых ракеты и управляемые бомбы поразили заданные цели. Впоследствии она была применена во время учений с участием более 100 тактических подразделений, проводивших синхронизированные удары.
На основании имеющейся информации, новую систему лучше всего классифицировать как совокупность оперативного планирования и поддержки принятия решений с использованием искусственного интеллекта, а не как автономную систему вооружения.
На видеозаписях показаны истребители-невидимки J-20, многоцелевые истребители J-16 и J-10 °C, бомбардировщики H-6K и несколько ракетных комплексов, объединенных общей структурой планирования. Также показан самолёт дальнего радиолокационного обнаружения и управления (AEW& C), управляющий системой систем в сложной обстановке учений на малой высоте, включающей реальные и ложные цели, а также периодические электромагнитные помехи.
Как сообщает CCTV, самолёт оценивал намерения противостоящих сил, распространял информацию о поле боя. Это иллюстрирует роль платформ AEW& C как информационных, командно-контрольных и боевых центров, а не только как самолётов наблюдения, как это считалось ещё совсем недавно.
Главное оружие — интеллект, в том числе и искусственный
Новая система отражает оперативную потребность НОАК в ускорении перехода от операций, ориентированных на отдельные платформы, к системной, интеллектуальной и все более беспилотной войне. Главное изменение заключается не просто в автоматизации вычислений, а в перераспределении боевой эффективности от отдельных платформ к сети, объединяющей датчики, элементы управления, вооружение и вспомогательные подразделения.
В этой модели эффективность истребителя, бомбардировщика, ракетной батареи, датчика или беспилотного летательного аппарата зависит не столько от его изолированных характеристик, сколько от его способности обмениваться информацией и действовать в рамках интегрированной боевой архитектуры.
Искусственный интеллект может поддерживать эту архитектуру, обрабатывая информацию с поля боя, сопоставляя цели с имеющимся оружием, рекомендуя время и последовательность боевых действий и постоянно корректируя распределение сил. Предполагаемый результат — сокращение последовательности между обнаружением, оценкой, принятием решения и нанесением удара, цикл «от датчика до удара», а также повышение эффективности использования имеющихся самолётов и боеприпасов.
По словам полковника Дэна, главная задача заключается не просто в написании программного обеспечения или разработке моделей, а в преобразовании боевой логики в надёжную систему планирования. Это включает в себя взаимосвязь между целями, огневой мощью, требованиями к пробивной способности, оценкой ущерба и более широкой цепочкой ударов, где даже незначительная логическая ошибка может повлиять на исход операции.
Ограничения системы
Впрочем, подобное наблюдение подчеркивает как потенциал системы, так и её ограничения. Как и в случае с сопоставимыми военными системами с поддержкой ИИ, производительность будет зависеть от точности данных, доступности связи, заложенных оперативных предположений и устойчивости к электронным, кибернетическим и информационным помехам. В общедоступных материалах не указано, использует ли система в основном машинное обучение, оптимизацию на основе правил, оперативное моделирование или комбинацию этих методов.
Термин «с поддержкой ИИ» следует рассматривать как функциональное описание, а не как точное указание на её техническую архитектуру. Эффективное применение потребует постоянной проверки, защищенных каналов передачи данных, обученного персонала и чётко определенной ответственности за управление человеком, особенно в тех случаях, когда рекомендации могут способствовать применению оружия. Успешное использование во время учений не обязательно демонстрирует эквивалентную эффективность в условиях боевых действий, где противоборствующие силы могут использовать обман, нарушение связи и быстро меняющуюся тактику.
Выводы
Само по себе, внедрение новой концепции не демонстрирует появления у НОАК решающего военного преимущества. Однако это указывает на то, что в будущих оценках китайской военно-воздушной мощи все чаще потребуется учитывать программное обеспечение, архитектуру данных и интеграцию командования наряду с количеством самолётов и характеристиками вооружения.
Искусственный интеллект также начинает менять характер войны, смещая часть оперативного планирования от последовательных человеческих вычислений к анализу с помощью машин, проводимому со значительно большей скоростью и в большем масштабе.
Командиры могут все чаще контролировать, проверять и модифицировать сгенерированные компьютером варианты действий, а не вручную создавать каждый компонент плана удара. Это может улучшить координацию и сократить время планирования, но также может сжать окна принятия решений и увеличить зависимость от автоматизированных рекомендаций.
ИИ не устраняет рисков в войне. Вместо этого он все больше переносит эти риски на целостность данных, обеспечение надежности программного обеспечения, устойчивость связи, проверку моделей и способность персонала выявлять неверные рекомендации, сгенерированные машиной.
Ещё одним фактором является то, что персонал может чрезмерно доверять рекомендациям, созданным быстрее, чем они могут быть независимо проверены. В условиях противостояния планирование с помощью машин может ускорить военные действия до того, как неопределенность будет полностью разрешена, потенциально создавая новые проблемы для управления кризисами и контроля эскалации.
В опубликованной информации система ВВС НОАК представлена как система планирования с поддержкой искусственного интеллекта, функционирующая в рамках командной структуры, управляемой человеком, а не как независимая система вооружения.
Интеллектуальная система планирования ударов ВВС НОАК является важным показателем того, как военная мощь реорганизуется вокруг данных, связи и решений, принимаемых на основе алгоритмов. Её стратегическая ценность будет зависеть не только от сложности искусственного интеллекта, но и от надежности датчиков, связи, доктрины, персонала и человеческого контроля в условиях противостояния. Ключевым моментом является не замена военного командования искусственным интеллектом, а появление командных систем, способных координировать все более сложные силы с машинной скоростью.
Следовательно, будущее преимущество в военно-воздушных силах может зависеть не только от того, какая сторона обладает наиболее совершенными платформами, но и от того, какая сторона сможет сохранить надёжную, адаптируемую и устойчивую сеть принятия решений в условиях постоянных сбоев.
