Вратарь сборной России и ПСЖ оспаривает статью Семейного кодекса, по которой уже выплатил на дочь 90 миллионов рублей. «Аргументы недели» разбирались, что стоит за самым громким алиментным делом страны.
Конституционный суд РФ 8 октября начал публичные слушания по жалобе вратаря Матвея Сафонова. Судья-докладчик Евгений Тарибо сообщил: на содержание пятилетней дочери Майи футболист перечислил за последние три года около 90 миллионов рублей. По решению судов он обязан отдавать четверть всего дохода — формулировка части 1 статьи 81 Семейного кодекса прямо определяет долю заработка, которую следует отчислять. Добиться фиксированной суммы Сафонов не смог.
Предыстория такова: Сафонов и его бывшая супруга Анастасия развелись в 2021 году. В браке родилась дочь Майя. В 2024 году Никулинский районный суд Москвы взыскал алименты в размере 25% заработка. Зарплата вратаря в «Краснодаре» составляла от 8 до 12,5 млн рублей в месяц. Иными словами, речь шла о выплатах в 2–3 миллиона рублей ежемесячно.
Сафонов пытался оспорить это решение, предлагая фиксированные 300 тысяч рублей в месяц — соразмерно доходу бывшей супруги. При этом сама Анастасия настаивала на 2,5 млн рублей в месяц. Футболист получил отказ во всех инстанциях, после чего обратился в Конституционный суд.
Что говорит защита
Адвокат Сергей Дорохин, представляя позицию доверителя, привёл несколько аргументов. Во-первых, при наличии постоянного дохода отчисление его части ставит плательщика в неравное положение по сравнению с теми, кто такого дохода не имеет: у одних сумма фиксированная, у других — плавающая. Во-вторых, перечисление значительных сумм становится избыточным имущественным обременением, не отвечающим задаче содержания ребёнка.
— Сверхбольшие алименты утрачивают связь с задачами таких платежей, так как закон не предусматривает ни отчётности получателя, ни возврата нецелевым образом израсходованных средств, — отметил Дорохин.
Наконец, защита напомнила о принципе равенства прав и обязанностей родителей, который подразумевает их равное участие в материальном содержании детей. Сафонов определил для себя размер алиментов в 300 тысяч рублей — соразмерно доходу бывшей супруги.
Сам футболист в жалобе написал: «Решение суда привело к полномасштабному юридическому и финансовому коллапсу в моей жизни, превратив ответственного родителя в бесправного должника».
Что говорят оппоненты
Представитель Уполномоченного по правам человека Уммупазиль Омарова назвала довод о соразмерности доходу бывшей супруги самым слабым: «Второй родитель также обязан содержать ребёнка, но это не всегда связано с оценкой материального вклада».
Полпред президента в КС Дмитрий Мезенцев подчеркнул, что оспариваемая статья не противоречит Конституции. По его словам, факт значительного размера алиментов сам по себе не свидетельствует о нарушении интересов плательщика. Если Сафонов считает выплаты избыточными, он «имеет возможность доказать правоту в суде» общей юрисдикции.
Полпред Совета Федерации Андрей Клишас напомнил о существовании статьи 83 Семейного кодекса, которая позволяет установить фиксированный размер алиментов, если взыскание в долевом отношении невозможно или существенно нарушает интересы одной из сторон. Однако, по его словам, факт нарушения должен быть доказан в суде общей юрисдикции, а не в Конституционном.
При этом Клишас признал: «Я понимаю, что, возможно, эта ситуация привела к нарушению прав заявителя, но вряд ли это явилось следствием неконституционности той нормы, на которую заявитель указывает».
Парадокс: все против, но все сочувствуют
Интересный момент: участники слушаний косвенно поддержали позицию Сафонова, признав, что деньги должны идти на содержание ребёнка, а не на обогащение бывшего супруга. Плательщик алиментов не обязан содержать родственников ребёнка, проживающих вместе с ним, — иначе происходит скрытое перераспределение имущества.
Но при этом статью 81 СК РФ, конституционность которой оспаривал Сафонов, единогласно признали соответствующей Основному закону. Получается парадокс: норма правильная, но её применение в конкретном случае вызывает вопросы.
Врио полпред Правительства Павел Степанов напомнил, что пункт 2 статьи 81 позволяет суду уменьшить или увеличить алиментную долю «с учётом материального или семейного положения сторон и иных заслуживающих внимания обстоятельств». То есть вопрос не в дефектности нормы, а в правильности её применения судами.
Зарубежный опыт и «ограничение роскоши»
Замдиректора Института законодательства и сравнительного правоведения Сергей Синицын напомнил: в немецком законодательстве прямо закреплены ограничения роскоши при определении размера алиментов. В России таких ограничений нет. Полпред Генпрокурора Артур Завалунов добавил: возможность накопления избытков алиментов на будущее должна прямо следовать из закона, но сегодня закон такой возможности не предоставляет. Контроль за целевым расходованием алиментов также не предусмотрен.
Что дальше
Судьи КС изучат доводы сторон в закрытом режиме. О дате провозглашения решения будет объявлено дополнительно. По оценкам, решение может быть вынесено примерно через три недели.
Но независимо от вердикта, дело Сафонова уже поставило перед обществом неудобный вопрос: должен ли закон защищать ребёнка от избыточных денег? С одной стороны, ребёнок не должен страдать от развода родителей. С другой — алименты не должны превращаться в инструмент обогащения. И пока Конституционный суд ищет баланс, Матвей Сафонов продолжает платить четверть своего дохода — а это, напомним, миллионы рублей ежемесячно.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ КАШПИРОВСКИЙ ПОСЛЕ СМЕРТИ ОСТАВИЛ ИНТРИГУ
Источник: Аргументы недели